Рассказ Кирилла Мальцева о его первом двухдневном походе
Это была тренировка «Пешеходника» 27-28 сентября 2025 года в районе Тучковских карьеров (Рузский район Московской области)
Предисловие инструктора
Кирилл Мальцев – наш начинающий слушатель школы, студент Московского международного университета.
Весной-осенью 2025 года участвовал в наших тренировках, чтобы познакомиться и составить представление о том, что такое школа «Пешеходник» и чему там учат.
Одной из таких тренировок был двухдневный выход в Тучково, где мы с более опытными слушателями отрабатывали приёмы верёвочной техники – а для Кирилла это был первый полноценный поход выходного дня.
В этом рассказе Кирилл делится впечатлениями, как выглядит наша тренировка и вообще что такое поход с рюкзаком глазами новичка.
Предисловие автора
Это повесть о моём первом пешем походе. Я пишу её для вас — чтобы вы могли понять, что такое поход глазами новичка, ведомого опытным руководителем. Чтобы вы узнали о первых неудачах, о важных мелочах и о том, как побороть переживания и страхи, которые, возможно, встретятся вам в вашем первом походе выходного дня.
Наверное, вам уже знакомы палатки, треккинговые палки, коврики, спальники, огромные рюкзаки… Но всё составляет лишь ничтожную часть знаний практических. У похода множество граней, знакомых тем, кто хоть раз ночевал в палатке, разводил костёр или уходил на рыбалку – но неожиданных для тех, кто ещё никогда не бывал далеко от цивилизации. Жизненный опыт всегда помогает, но уверенности в узком направлении, даже если оно связано с тем же ландшафтом, всегда недостаточно, и именно поэтому мы учимся. А в первый раз — учимся все, на равных.
Стоит лишь выйти в первый поход и посмотреть на участников, как поймёшь: у стремления к преодолению нет профессии, возраста, телосложения и пола. Желание увидеть красоту природы там, где не звучат моторы, и тропы ещё хранят следы диких зверей, где можно услышать подлинную тишину и увидеть то, что не передаст ни одна камера — это желание стоит того, чтобы учиться, ошибаться и идти дальше!
Поход — не только проверка навыков, но и испытание личности. Можно выучить сотню узлов и пересмотреть десятки видео о переходах вброд, но, выйдя в свой первый поход, всё равно будешь удивлён тому, как много ещё не знаешь. Столкнёшься с собой таким, с каким, возможно, ещё не сталкивался.
Поход начинается задолго до того, как вы поставите лагерь, и заканчивается далеко после возвращения домой. У каждого в нём есть своя роль. Все ошибаются — и все совершенствуются. Поход — это и отдых, и испытание, и смех, и пот.
Утро 27 сентября. Москва
В пять часов прозвенел будильник. Умывшись, наполнив термос и одевшись, я накинул рюкзак, заранее собранный по таблице отвественного за снаряжение, и вышел. Это был мой второй полноценный выход с ним после покупки. Из-под клапана выпирала каска, внутри звенели каны, в руке лежал альпеншток. Конечно, я нёс не только своё снаряжение, но и то, которое было распределено на меня как общее: верёвки, прусики, кухонная утварь и прочее по мелочи. Я смотрел на снаряжение в развернутом виде днём раньше и даже примерно понимал его смысл, но, пока не испытал его впервые, оно говорило со мной лишь языком образов и намёков.
Впервые я нёс наполненный походный рюкзак: 95 литров ткани, алюминия и железа; сбоку торчал коврик-пенка — габариты немалые, к ним нужно привыкать. Но когда спешишь, об этом не думаешь.
Вынырнув из подъезда, я сел в машину отца, и он повёз меня на станцию. Казалось бы, что могло пойти не так?.. Я даже не расстегнул рюкзак, удобно поставил альпеншток — меня пообещали спокойно высадить на парковке у метро. Но тут-то и подвела уверенность: остановились прямо на дороге у метро, да ещё и не с той стороны. Нужно было быстро покинуть транспорт, но, естественно, удобно стоящий альпеншток застрял, а габариты рюкзака, особенно коврик, не давали вылезти. Тут главное не паниковать: такие ситуации могут возникать первое время, пока вы не начнёте ощущать рюкзак как часть тела.
Я кое-как вылез и пошёл на станцию. Погода была осенняя, умеренно прохладная. Небо затянуто тонким слоем серых туч, но сквозь них уже начинали пробиваться лучи ещё тёплого солнца. До общего сбора Алина (медик) написала, что Арсен (логист) накануне заболел, поэтому его снаряжение и его обязанности она взяла на себя. Я купил билет в кассе (так надёжнее — QR-код с экрана телефона иногда может сбоить) и возненавидел узкие проходы, через которые пришлось пробираться боком, разбалтывая боковые стяжки, удерживавшие мой коврик.
На платформе я снял рюкзак и открыл блокнот на телефоне. Моя роль летописца велела записывать самые важные события: погоду, препятствия, настроение и происшествия, поэтому я сидел и делал первые сводки. Приехал за час! Бесцельно бродил по перрону, пытаясь взбодриться.
Время подходило. Вдали блеснули фонари электрички. Мы договорились встретиться в 4-м вагоне с хвоста. Я сел первым в полупустой вагон, ожидая остальных участников группы. Думал о встрече. Из всех я знал только Юлию Сергеевну (руководителя и главного инструктора), а также Иру Фортуну (финансиста). И вот в течение 15 минут пришли ещё Маша Орлова, Рома Панов, Полина Лейбгам и Кирилл Пронин (это сейчас я пишу их фамилии и имена, потому что их знаю). А тогда — хоть я и общительный человек — для меня это была анонимная группа, разделённая на подгруппы. Кто-то был знаком с остальными с прошлых походов, кто-то нет. Я начал немного нервничать.
И наш поход-тренировка вошёл в активную фазу ещё в вагоне. Не успел я познакомиться с Ромой и Машей, как мы получили списки узлов и начали тренироваться перед предстоящими спусками и подъёмами на Тучковских карьерах (а я, по сути, учить с нуля, потому что ещё год назад не умел вязать не то что грейпвайн, даже бантик!). Здесь нужно напомнить, что поход выходного дня (ПВД), в который мы пошли — это обязательный элемент подготовки к более сложным походам. В течение двух выходных дней вы отрабатываете важнейшие сценарии, которые могут встретиться потом в спортивных походах.
«Пешеходник», по сути, готовит вас на своём годовом курсе к получению официально подтверждённого туристского опыта, ведь в итоге вашей группе предстоит пройти категорийный поход — и не в Подмосковье, а в горах, в прекрасных местах. Поэтому и подготовка, и сам ПВД — это не только отдых под тентом, но и практическая тренировка навыков, которая позволяет быть уверенным в собственных силах и знаниях.
Вернёмся в вагон. К девяти утра мы уже были далеко за пределами Москвы. Я познакомился практически со всеми, но всё ещё не умел вязать узлы, поэтому меня подозвала к себе Полина (второй инструктор), чтобы объяснить основы. Главное — не стесняться просить о помощи и честно говорить о том, чего не знаешь. Помните: когда-то ваши инструктора тоже были на вашем месте, и даже самый опытный турист с чего-то начинал. Когда наша группа активно повторяла узлы — встречную восьмёрку, UIAA и вроде бы простой, но на деле сложный схватывающий Прусика в три оборота — даже опытные участники иногда не могли вспомнить, как вяжется тот или иной узел. Главное, что нужно понять: в походе вы все заодно, а знакомства и личный опыт дают больше понимания происходящего, чем любой учебник. Поэтому, если вы стеснительный человек — самое время начать себя перебарывать, ведь со временем и к вам могут подойти с вопросом: «Объясните, пожалуйста, как вяжется грейпвайн?»
И вдруг раздались радостные возгласы. Весь проход был заставлен нашими рюкзаками и альпенштоками, я еле выбрался посмотреть, кто же там идёт. В дальний вагон зашла девушка в камуфляже, держащая в руке деревянный посох. Это была Алина — наш медик и логист. Группа её встретила с большой радостью. Алина присоединилась к нам, и мы вновь занялись делом.
Настрой помогает знаниям — Полина раз за разом доказывала это мне своей улыбкой и спокойствием. Один узел в моей памяти навсегда остался связанным с её именем. Я всю жизнь имел проблемы с мелкой моторикой, поэтому выучить четыре узла за час для меня было великим достижением, за что я в первую очередь благодарен своему инструктору.
«Следующая станция — Полушкино», — звучал голос диктора в унисон с шуршанием рюкзаков, скрипом застёжек, звонким лязганьем карабинов и стуком альпенштоков. Мы собрались и вышли в тамбур. Топот, скрип дверей... И вот мы на перроне. Лёгкий ветер и влажный воздух обняли нас, и начался наш маршрут.
Сойдя с платформы, Юлия Сергеевна оглядела группу и распределила роли в нашем походном строю. В походе организация — первостепенная задача, идти нужно с учётом правил: обязательно должны быть ведущие и замыкающие, одни ведут по маршруту, другие следят, чтобы никто не отстал. Здесь множество правил, но я с ними тогда ещё не сталкивался. Главное, чтобы вы находились в пределах видимости остальных и не отставали слишком далеко.
Вскоре мы немного растянулись, идя вдоль дороги в сторону Москвы-реки. Я старался держаться тех, с кем успел лучше познакомиться. Дорога оставалась прежней, но менялись пейзажи: высокая трава по обе стороны, длинная аллея ясеней, перекрёсток и некая охранная база, после которой дорога перешла в просёлок. Я старался разговаривать, чтобы лучше понять людей, с которыми иду. К счастью, Полина была предрасположена к беседам. Порой это необходимо, ведь, как правильно сказал Кирилл Пронин, мы ходим в походы, чтобы получать удовольствие! Нередко в походе встречаются интересные личности из совершенно разных сфер жизни — ведь поход дело воли, целеустремлённости, а в чём-то и творческого мышления, адаптивности. Всё это присуще личности, а не профессии, поэтому простых обывателей там встретишь редко.
К десяти часам утра, на втором перекрёстке, мы сделали небольшой привал. Сбросили рюкзаки, начали перекус. Тучи сгущались — нужно было ещё на выходе из дома натянуть на рюкзак водонепроницаемую накидку, но я сделал это только сейчас. Легко снять набитый рюкзак, но каково надеть его без помощи и упора…
Отдохнув 10 минут, мы продолжили путь. Начался моросящий дождь, ветер усилился. Остановились, чтобы накинуть плащи. Это так забавно выглядит и ощущается! Жаль, что я не купил жёлтый дождевик. Так мы прошли недолго. Дождь шёл с перерывами, а встречный ветер гнал тучи нам за спину. К тому моменту мы уже обсудили с Полиной особенности минералов и работу по поиску золота и серебра (Полина ведь геолог) — приятное академическое дополнение к физической нагрузке!
Свернули на лесную тропу. Ещё не опавшая листва скрывала нас от дождя, и мы сняли плащи. Дорога была неровной, грязной. Идём по широкой тропе вдоль оврагов и склонов. Землю обвивают корни — стараюсь не споткнуться. Приятно видеть лес, который никогда бы не увидел сам. Раздался гул моторов — вверх ехал дуэт мотоциклистов, катавшихся в лесной «подкове».
Спустя полчаса пути мы вынырнули из-под крон. Небо было серым, но светлым. Стало видно храм в селе Васильевском, деревянные дома и берег Москвы-реки, вдоль которого нам предстояло идти. Впереди — узкая тропа, поросшая по обе стороны сухим борщевиком. Кирилл Пронин нещадно бил его альпенштоком — наверное, мстил за свои прошлые ожоги. Порядок движения не изменился, мы шли ровно и слаженно. По пути встретили две другие группы. Ничего удивительного: эти места очень популярны у туристов и альпинистов.
К одиннадцати часам вышли к подвесному мосту (3,1 метра над водой, 24 метра в длину). Не люблю подвесные мосты, уж больно опасно они качаются. Сперва шли вплотную друг к другу, и мост начал раскачиваться. После того как Кирилл попросил держать дистанцию в полтора-два шага друг от друга, стало качать меньше. Спустившись с моста и пройдя немного, мы снова услышали звук моторов — по мосту на приличной скорости проехали мотоциклисты.
Разноцветные домики в Васильевском и деревянные беседки, расставленные по набережной, радовали сердце сына глубинки, а Полина тем временем развивала идею написания фэнтези о борьбе минералов за энергию, радуя ещё и слух.
И… этот вид нельзя было упустить! На фотографии ниже видно лес, через который мы прошли.
Каждый лес уникален по-своему, а в этот год ещё и осенняя пора оказалась просто неотразимой. Я в жизни видел много пейзажей — и лесных, и горных, — но ни разу не встречал одинакового. В Подмосковье много мест, где есть уединённые природные красоты, поэтому ПВД редко проводится дважды в одном и том же месте. Чаще всего вы будете видеть то, чего ещё не видели прежде.
Пройдя Васильевское, а вслед за ним строящиеся дачи, мы сели на привел в лесу. Перекусывали, пили чай, разговаривали. Моя ярко-оранжевая накидка, похоже, очень понравилась коренным жителям этой земли — каждый слизняк в округе норовил посидеть на ней. Голова немного гудела, сказывался недосып. Да и теряешься с непривычки, когда резко что-то объявляют: вроде привал, а твой рюкзак не хочет отдавать еду.
Вы должны понимать свой рюкзак и то, как вы его собирали — у этого тоже есть система. Но я тогда ещё не знал, что, не расстегнув перегородку в середине, упустил треть его объёма, из-за чего было сложно найти буквально всё. Хоть погода и благоволила, но с организацией я явно проигрывал.
Продолжили путь. Выйдя вновь на открытое пространство, уже подходя к карьерам, мы немного замялись, вспоминая нужный поворот. В итоге посмотрели на трек на умных часах (Кирилл Пронин использовал этот прибор — я до сих пор не понимаю, как там настраивать координаты) и вскоре вышли к финишной прямой.
Земляной склон крутизной 35 градусов, с высеченной по левую сторону узкой лестницей, был последним препятствием перед лагерем. К тому моменту я немного потерял ориентир, поэтому просто шёл за Кириллом. Лишь когда посмотрел налево, увидел, что там была какая-никакая лестница, а я чуть ли не полз по склону. Шли синхронно: кто-то по выбитым в земле ступеням, а кто-то, цепляясь за кустарник и стволы деревьев, полз вверх (это был я). В течение нескольких минут мы были наверху всем составом — и тут...
Перед нами предстала облагороженная лесная опушка: со столом, двумя длинными скамейками и ровной площадкой, очищенной от брёвен и камней. Могучие сосны стояли по всему периметру, а к ним верёвками, почти у крон, были привязаны гигантские стволы деревьев (это была поляна турклуба «Вестра»). Но не это первым бросилось в глаза. Первое, что я увидел, был розовый тент, установленный Андреем. Он был ‘серым кардиналом’ этого похода, приехал на шикарной «Газели» с наклейкой «Электробус» и привёз самый тяжёлый и объёмный груз — палатки, верёвки и особенно воду, которую тащить было бы крайне неохотно. На поляне и поблизости от неё, к сожалению, нет источников воды.
Без дела мы не стояли, сложили рюкзаки вокруг сосны и начали ставить палатки. Пожав руку и познакомившись с Андреем, я пошёл помогать, чем мог.
Палаток мы взяли три, но состав группы уменьшился накануне выхода, и решили поставить только две. Очистили площадку от мелких камней под предводительством Пронина и начали устанавливать наше жилище. У меня есть палатка, я её ставил неоднократно, но малейшие отличия, что были у этой, немного сбили меня с толку. Поверьте, это проще, чем кажется: все элементы понятны и просты, но дуги... Дуги — морока, особенно если они проходят под тканью, а не закрепляются петлями.
К половине первого были готовы обе палатки, оранжевая для девушек и зелёная для мужчин. Подошла Ира Савина — она приехала позже, по кольцевой железной дороге со стороны Икши, и дошла до поляны самостоятельно. Мы сели обедать.
Обед на первый день, как договорились, каждый брал на себя. И каждый принёс что-то особенное, чего не ожидаешь увидеть в походе: Полина — два пирожных к недавно прошедшему дню рождения и китайское блюдо быстрого приготовления в шикарной пластиковой раздельной упаковке. Рома — роллы, Алина — бананы. Я же взял курицу с терияки в пакетике, залил кипятком — было сносно. С удивлением посмотрел на Кирилла Пронина: он вроде заведовал питанием, а пришёл с самым скромным набором.
Обедали около часа. Я вообще не любитель делить стол с кем-то, да и ем быстро, но когда вы вот так рядом сидите на пнях, где-то в Тучково, и едите прекрасные пирожные — поверьте, границы расширяются!
И вот настало время тренировки. Я почистил посуду влажными салфетками, сложил в рюкзак. К тому моменту почти все перенесли вещи либо под тент, либо в тамбур палатки. Я побежал соответствовать.
Разбираю рюкзак — и вдруг понимаю, что чего-то не хватает. Коврика нет! Прошёлся по лагерю — не нашёл. Похоже, разболтанные лямки всё-таки не выдержали где-то по пути. Я расстроился. Нужно было лучше следить за снаряжением. И в тот момент, когда я уже смирился и сказал своим соседям по палатке, что где-то посеял свой «матрас», Рома сообщил, что когда они шли замыкающими ещё до второго перевала, нашли по дороге коврик и взяли его с собой. Это был он. Вот тебе и польза замыкающих — и урок одновременно!
Я был растерян в течение всего ПВД, то и дело забывая, куда положил ту или иную вещь. Поначалу это нормально. Главное, не теряйте ничего с концами. Всё найдёте, когда будете собирать лагерь.
Пока я возился и ошарашенно ходил по лагерю, все начали готовиться к тренировке по спускам и подъёмам. Достаём системы, верёвки, карабины и жумары. Надеваем каски, блокируем системы. Конечно, ничего из этого я не мог сделать самостоятельно, но тут главное — быстро схватывать на лету. Впрочем, даже у опытных возникали проблемы, так что беспокоиться не стоит — ведь есть инструктора. Полина вновь помогла мне разобраться: правильно настроить систему, надеваемую одной частью через ноги и другой частью через руки, помогла завязать всё верно, подсказала, что брать.
Половина группы была готова и отправилась к карьеру. Остальные пришли чуть позже, по мере окончания подготовки.
Подходя к склонам, я увидел, как пришедшие первыми провешивали четыре верёвки на спуск и подъём. Я мало в этом смыслил, и с одного взгляда всё равно это всё не запомнишь. Решил осмотреть местность. Было влажно, но без дождя, ветра не было. Склон около 40 метров длиной, уклон 30-35 градусов, местами даже до 45. Земля влажная, скользкая, с редкими острыми выступами. Вдоль первой и четвёртой верёвок — устойчивая растительность: деревья, коряги, ветви.
Подъём с помощью жумара требовал определённого порядка действий, поэтому Юлия Сергеевна поставила Полину снизу, чтобы эти действия контролировать.
Первые спуски начались быстро. Ира Савина в мгновение оказалась снизу и почти сразу вернулась обратно! Опыт, подумал я. Затем ещё несколько участников повторили то же самое, хоть и не так быстро.
Вскоре начал спускаться и я. В точности не знаю, как это работает, но ощущение, когда виснешь на таком склоне впервые — особенное. Конечно, если вы атлет, будет проще. То ли я держался неправильно, то ли закрепился не так — в спину отдавало знатно. Впрочем, это перекрывалось восторгом от ощущения почти невесомости.
Внизу была густая, вязкая грязь. Когда мы заканчивали спуск, кричали: «Верёвка свободна!», а когда начинали подниматься: «Занята!» У нас было две верёвки на подъём и две на спуск, они иногда менялись, но принцип оставался прежним до конца.
Впервые мне довелось, пользуясь страховочной системой, спускаться по верёвке! Раньше, в торговом центре или в спортзале, я видел такое снаряжение, но почему-то сам процесс казался крайне сложным — будто и пробовать нет смысла, нет физической формы. На деле не хватало только опыта и уверенности, которые я и получил впервые на ПВД.
И вот мой первый подъём. Что ж, это было тяжело! Не знаю, был ли это самый сложный маршрут, но после дождя земля буквально уходила из-под ног. Впрочем, жумар компенсировал это тем, что не давал упасть и фиксировал твой успех. Иначе я взобрался бы, наверное, спустя час, весь грязный и побитый.
Дорогу осилит идущий. Взбирался, по ощущениям, минут двадцать. Мышцы под конец уже отказывали с непривычки. Встал у дерева, наблюдая подъём других. Кирилл Пронин взбирался без жумара, какой-то другой техникой, которую я так и не опробовал. Ему явно было тяжело, но, как потом выяснилось, что-то было не так с узлом Бахмана, поэтому он буквально своими силами нёс себя вверх.
Настал мой черёд спускаться второй раз — в этот раз всё прошло намного легче. Встал на другую верёвку. Маршрут был в целом проще, кроме одного препятствия — высокого камня, полметра высотой, да ещё и с наклоном. В моменте я находился практически параллельно земле, но после нескольких рывков пересёк препятствие и добрался до верха.
Больше я решил не спускаться. Ира Савина поднималась и спускалась пять раз — и на её лице не было ни капли усталости. Меня же потряхивало уже после двух раз. К пяти часам все поднялись наверх и начали тренировать спуск условного пострадавшего с верхней командной страховкой. К тому моменту я уже слабо соображал в процессе. Главное было в том, что страхующий контролирует верёвку и медленно спускает человека. Затем спускали условного пострадавшего двумя страхующими — тот же принцип. Юлия Сергеевна помогала на каждом этапе и контролировала ситуацию, поэтому всё прошло нормально.
К шести часам мы уже почти закончили тренировку. Маша Орлова и Полина начали собираться, они должны были вечером вернуться в Москву. ПВД — не обязаловка, да и место выбирается относительно недалеко от дома, так что при необходимости можно не ночевать, а после тренировки поехать домой. Главное, заранее об этом предупредить. Попрощавшись, девочки отправились в лагерь, а оттуда вышли на дорогу, вызвали такси до Тучково и уехали на электричке.
Юлия Сергеевна повела часть группы показать альтернативный склон, недалеко от того, где мы тренировались. Там была крутизна 40–50 градусов, меньше растительности, меньше выбоин, но на вид этот склон казался менее скользким. Вокруг были видны следы других групп: обрубленные стволы деревьев, зафиксированные верёвками. Это был почерк тех же, кто подвесил деревья к кронам над лагерем — очень профессиональная работа.
Вернувшись, выбрали добровольцев для последнего спуска условным пострадавшим — Рому, Андрея и Кирилла Пронина. Кирилл очень не хотел идти, поэтому мы скинулись в камень-ножницы-бумага. Хоть где-то я оказался лучше! В течение десяти минут ребята спустились и поднялись наверх, и тренировка завершилась. Мы собрали верёвки и прочее снаряжение и организованно вернулись в лагерь.
На поляне встретили новоприбывшую участницу — Машу Дергачёву, которая запланировано присоединилась к нам уже вечером. Познакомившись с Машей, я сложил общее снаряжение под тент, а личное в рюкзак. Дежурные начали готовить ужин. Быстро темнело из-за сгущающихся туч и достаточно позднего времени. Не помню, чем я занимался после: усталость давала о себе знать.
Перед ужином мы сидели за столом с Андреем и Кириллом, обсуждали что-то. К нам подошла Савина Ира и спросила, будем ли разжигать костёр — она сильно замёрзла. Потенциал у идеи был, а у меня были специальные таблетки для розжига, поэтому часть ребят, не занятых готовкой, пошли собирать ветки для костра. Но в итоге отказались: усиливался дождь, да и время уже близилось ко сну — сложно бы поддерживать костёр. К тому же, если бы кто-то увидел и сфотографировал его, могли быть проблемы.
Ира ушла в палатку, а мы продолжили наши беседы — и тут к нам подошла Юлия Сергеевна: «Изучаем и вяжем узлы!»
Вдруг треск мотора, большие фонари — из кустов выехали три квадроцикла. Незнакомцы проехали по поляне: один слез, осмотрел нас, но вскоре все трое безмолвно уехали по дороге рядом с машиной Андрея.
И вот настал долгожданный ужин. Дождь слабо стучал по тенту, отбивая ритм. Пару обмоток, щелчок переключателя — и над нашими головами зажглись десятки огоньков! Нашими звёздами и луной стали разноцветные гирлянды, которые специально для этой тренировки принесла Маша.
На ужин был плов, чай и много сладкого — лучшая еда после утомительного дня! По традиции в такие вечера кто-то играет на гитаре, рассказывает истории, поёт.
Юлия Сергеевна взяла инициативу в свои руки и начала рассказ об одной очень сложной переправе в реальном походе. Всё вокруг стало почти медитативным: отблески огня, тихий лес, редкий треск углей…
К половине девятого мы закончили ужинать и просто слушали, как по тенту палатки стучат капли. История подошла к концу, дежурные принялись собирать горелки, мыть каны, убирать провиант. Часть участников уже пошла в тамбур переодеваться, и я тоже.
К девяти часам — отбой. Дежурные ещё шумели, заканчивая наводить порядок. А я подвесил по совету Ромы налобный фонарь под потолок палатки и впервые решил воспользоваться своим спальником.
Спать мы должны были вчетвером: Андрей, Рома, Кирилл и я, но Кирилла всё не было. По звукам казалось, что он устроился в тамбуре. Но потом выяснилось, что поставил свою лёгкую двухместную палатку, взятую ‘про запас’, и решил ночевать отдельно от всех, чувствуя себя приболевшим.
Мы расстелили коврики, уложили спальные мешки. Температура к тому времени опустилась практически до нуля. Не знаю, как так вышло, но, неправильно сложив спальник, я лишился половины его длины и не мог нормально залезть внутрь. Если такое случится — не стесняйтесь разбудить соседей и разобраться. Лучше потратить пять минут, чем мёрзнуть часами!
В итоге я использовал спальник как одеяло и подушку. Два часа спал, два часа бодрствовал…
Утро 28 сентября. Тучковские карьеры
На следующий день нужно было встать пораньше, так как мы с Кириллом Прониным были дежурными с утра. И вот к пяти часам утра дождь исполнил свой последний аккорд. Тишина. Я закрыл глаза, а проснулся уже к 6:30. Вышел из палатки. Солнце только взошло, был лёгкий туман. Я спустился по одной лесной дорожке вниз — и опешил. Возле тропинки лежала белокожая кукла в человеческий рост, припорошённая листьями и грязью. Я не сразу понял, что эта кукла — шутка, её оставили здесь предыдущие туристы на этом месте. Сказалось раннее утро и моя усталость, шутка удалась.
И только сейчас я увидел третью палатку, в которой Кирилл спал в комфортном одиночестве. Разбудил его, мы собрались и пошли раскладывать кухню и готовить завтрак. Никогда до этого я не пользовался горелками — костёр был постоянным способом готовки. Но горелки более удобны, более современны. Готовим на завтрак макароны с сыром, варим чай и раскладываем по порциям сладкое. Лагерь начал просыпаться, умываться, собирать вещи.
Завтракаем. Пасмурно и сыро, и оттого чай вкуснее, чем когда-либо. Ира Савина с утра почувствовала себя нехорошо, поэтому завтрак отнесли к ней в палатку. Ели недолго, дольше умывались и собирались.
И вот новая тренировка — вязка носилок. Собираем палки. Пострадавшей выбрана Алина (медик-пострадавший). Складываем конструкцию, вяжем определённым способом две длинные верёвки, отрабатывая последовательность и узлы. В этот момент вновь начался лёгкий дождь, но поскольку мы всё делали по правилам, Алине простуда не грозила.
Мы подложили четыре коврика, и, укрыв условную пострадавшую спальником и дополнительными слоями, прицепили к носилкам карабины. Затем сами встегнулись в эти карабины (если слишком глубоко карабин, чтобы вам проще было пристегнуться, прикрепите к нему ещё один). Пронеся носилки по кругу и убедившись в прочности конструкции, мы закончили иммобилизацию нашей гигантской «Ферреро Роше».
Разобрали носилки мы быстрее, чем связали. Пострадавшая уже вышла из этой роли и помогала нам. Снаряжение в этот раз не убирали, так как вскоре предстояла ещё одна тренировка.
Если у вас возникло впечатление, что мы не отдыхали вовсе, то это совсем не так. Подготовленному участнику хватает нескольких минут, чтобы немного отдохнуть и переключиться. Поверьте, оно того стоит. Ведь наверняка вы потом пойдёте в значительно более сложные и намного более интересные походы, и подготовка очень пригодится. Тем более, кто знает, может, и вы когда-то будете водить группы.
К одиннадцати часам, после небольшого перерыва, мы вновь надели системы, достали прусики и подготовили верёвки. На небольшом пространстве мы визуализируем реку шириной около восьми метров. Нужно преодолеть эту воображаемую реку, и мы организуем навесную переправу. Меня радовало, что тренировка проходила не над реальной рекой, но именно к такому мы готовились.
Первым переправляется Рома с одним концом верёвки, оставив другой у нас. Он фиксирует её на неподвижном объекте — стволе дерева, а мы закрепляем её с нашей стороны.
Начинаем натягивать перила. Вяжем узел Мунтера-Мула под видеозапись (сложный узел; когда искал на английском языке, как его вязать, выпало несколько видео, одно из них от «Пешеходника», а значит, этих видео действительно немного). Организуем полиспаст, хорошо затягиваем узлы, чтобы создать нужное напряжение. Крепим карабины и берём жумары.
.
(*) А видео о том, как вязать узел УИАА и узел Мунтера-мула – с нашей другой тренировки. Его Кирилл ранее нашёл у нас в группе Вконтакте, вот оно ниже. (Прим. инструктора.)
.
.
До нас добирается пронизывающий холодный ветер, разгоняющий влажный воздух, и многие начинают мёрзнуть. А может, мы просто не так активны, как вчера.
Начали переправу. По очереди залезаем, пристёгиваемся к верёвке и перебираемся на другую сторону. Первый участник двигался самостоятельно, остальным уже помогали, вытягивали их на целевой берег.
Пришла моя очередь. Что ж, закинуть ноги на метр-полтора, вися на верёвке лицом кверху — для меня задача нетривиальная! Но опора на дерево помогла, и я взобрался. Правда, как назло, после этого свело стопу, но вскоре я быстро реабилитировался и пополз. Главная сложность здесь — на уровне организации: сам процесс даже увлекательный, в принципе, не так уж сложно всё вяжется. Но тут дело в ответственности. У вас нет права на ошибку, когда переправа организуется всерьёз!
Наконец, переправили всех участников и снаряжение. На целевом берегу развязали узел штык и сдёрнули верёвки — и переправа была завершена.
К часу дня настало время обеда. На этот раз обед взяли на всю группу. Дежурные готовили борщ и салат, остальные складывали снаряжение, а мы с Кириллом Прониным сматывали верёвки. В какой-то момент я понимаю, что не могу поднять руку. Кирилл велит отдыхать, я отвечаю: «Есть» — и иду дотошно выполнять поручение.
Закончив со снаряжением, мы начали сворачивать палатки и собирать рюкзаки. Распределили групповое снаряжение между участниками с учётом предстоящего КТМ (это наша следующая тренировка, внутришкольное соревнование). Меня уже зачислили на КТМ в команду Кирилла Пронина, нашего командира, и поручили взять четырёхместную палатку. Не так-то просто оказалось запихнуть её в рюкзак! Тогда мне и указали, что я не расстегнул внутреннюю перегородку в рюкзаке. Стоило его расстегнуть, как оказалось, что всё прекрасно помещается! Всё-таки свой рюкзак нужно перед походом изучать досконально — в этом была моя личная ошибка.
К двум часам дежурные закончили готовку обеда. Сидели за столом — дождь стих, как и ветер. Нас ждал горячий суп и оставшееся сладкое, которое с каждым часом тренировок казалось всё вкуснее. Роме налили борщ, спустя минуту он уже остыл в его гигантской кружке, но это ему не помешало налить в ту же кружку чай. Это называется «опешеходился». Момент, когда ты используешь чай, чтобы помыть посуду, а вместо ветоши листья того же чая, и при этом ставишь посуду как бы в два этажа, чтобы лишний чай стекал и мыл синхронно и кружку, и миску — незабываемый опыт!
Обед закончился примерно к трём часам. Дежурные начали мыть каны и собирать хознабор. Остальные сворачивали тент, собирали личные вещи.
К четырём лагерь был полностью собран, можно было выдвигаться к электричке. Андрей предложил доехать до Тучково на его машине и забрал Алину, Иру Фортуну, Иру Савину, Рому и меня. Самые неуёмные — Маша Дергачёва и Кирилл Пронин во главе с Юлией Сергеевной — решили дойти пешком до Полушкино. Уж больно красивы эти места золотой осенью! Ребятам очень хотелось ещё раз пройти этим маршуртом и полюбоваться видами. Я попрощался с ними, поблагодарил Юлию Сергеевну и начал помогать с погрузкой вещей.
Мы загрузили рюкзаки в машину Андрея и плотненько забились внутрь: мои ноги были неподвижны, лицо почти прижималось к стеклу, а над глазами болталась гирлянда. По кочкам выехали на шоссе и далее доехали до Тучково к половине пятого, выгрузились, попрощались с Андреем и Алиной (Андрей согласился подвезти её дельше, ей ведь в Обнинск предстояло ехать). Остались вчетвером. На платформе Рома рассказывал историю про школу скалолазания, делился своим опытом. В этих историях много знаний — пусть и не всегда верных, но главное, не упустить их.
Пять часов вечера. Гудок прибывающей электрички. Загрузились, поехали. По дороге мы ещё долго говорили о походах, о людях, о танцах… О чём только ни говорили! (А группа Юлии Сергеевны, конечно, позже пришла в Полушкино, но дошли также без происшествий. Сели на более позднюю электричку, ближе к семи.)
После станции «Славянский бульвар» я остался в электричке один. Ещё долго ехал до дома — сначала до своей станции метро, где, естественно, мой рюкзак решили осмотреть. Каждый раз снимать и надевать его было испытанием. Естественно, я застрял ковриком в турникете и случайно задел кого-то в вагоне. А уже садясь на автобус, возмутил какую-то женщину самим фактом того, что я хожу с альпенштоком.
Но я не обратил на это внимания. Я улыбался, думая о том, сколько опыта получил всего-навсего за два дня.
Мой первый поход окончен!
P.S. Особая благодарность:
Юлия Сергеевна – Организатор и главный инструктор
Самсонов Андрей – Реммастер и водитель прекрасного «Электробуса»
Панов Роман – Завснар и человек покоривший реку
Кирилл Пронин – Завпит всея ПВД
Ира Фортуна – Финан$_$т
Студёнова Алина и дух Багдасарова Арсения – Медик и Логист
Маша Орлова и Маша Дергачёва – Жрецы времени (фотографы)
Савина Ира – Метеоролог ☁
Лейбгам Полина – Второй инструктор и альтер эго Гаэтана Мольера
.
